Артём Белевич (bibliophagus) wrote,
Артём Белевич
bibliophagus

  • Music:

О романтической любви (часть 8)




Мы тратим много времени на всевозможные устремления и поиски, не зная толком, к чему именно стремимся и чего именно ищем. В нашей жизни множество мнимых «целей» и предметов, по нашему мнению, необходимых, оказываются ширмой, за которой скрыты наши истинные желания. Они служат в качестве символов, за которыми стоят истинные ценности и возможности, в которых мы испытываем сильную потребность. Их нельзя свести лишь к физическим или материальным потребностям, или даже только к земному существованию. Речь идёт о психологических сущностях и понятиях: любви, истине, преданности, цели — то есть, о том, в чём мы находим благородство, красоту и потребность в своём отношении. Мы пытаемся свести всё это к простым материальным предметам: дому, машине, перспективной и выгодной работе или просто к обычному человеческому бытию, но из этого ничего не выходит. Мы ищем святость, сами того не осознавая. Но святое нельзя свести ни к чему иному. […]

Кажется, что нас ничуть не заботит честный и сознательный поиск духовной стороны жизни, и мы никогда не станем тратить на него время и силы. […] Но внезапно мы встречаемся с неизвестной частью своей личности. […] Сначала мы смущаемся, увидев её в образе женщины, и нам хочется верить, что мы можем отнестись к ней как к женщине. Очень сложно заставить себя поверить, что она является не смертной женщиной, а метафизическим образом, обладающим таким зарядом, что физическое прикосновение к ней связано с огромным риском.

Так мы соприкасаемся с божественным началом. Так сакральное, воплощаясь в одну магическую «личность», обращается к нам от её имени. Это и есть анима. […]

Мы узнали, что романтическая любовь выплёскивается из огромного энергетического резервуара бессознательного, в котором сосредоточена энергия такого масштаба, что имеет смысл о ней говорить на языке, присущем религии и мистике. Мы «обожаем» и «поклоняемся» нашим возлюбленным; когда мы влюблены, мы «совершенны» и обитаем на «небесах», потом мы «умираем». Здесь открывается прямая возможность поиска богоподобия, кары небесной, духовного просветления, смысла и самоосознания. На Западе, как ни в какой другой исторической культуре, эта сила имеет корни не только в религии и мистике, но и в земной любви. Романтическая любовь стала тем руслом и проводником, по которому эта огромная энергия вливается в повседневную жизнь человека.

И тогда возникает вопрос, как мы можем совладать с такой огромной энергией? Как направить её в нужное русло, чтобы обогатить свою жизнь и в духовной сфере, и в сфере человеческих отношений, не допуская разрушений? […]

Мы должны изъять душу из романтической любви и вернуть её на место во внутренний храм. […]

Нам очень трудно вообразить, что означает возвращение в «храм» жизни. Совсем не обязательно исповедовать ту или иную общественную религию. Это означает делать различие между тем, что принадлежит внешней жизни, и тем, что присуще находящейся внутри самости. Это означает взять нечто такое, что мы пытались прожить в отношениях с окружающими, и прожить в очень спокойном, тихом месте внутри себя, которое существует только в духовном мире. […]

На уровне сознания возвращение анимы для мужчины означает некую жертву, отказ от претензии проживать свою душу, проецируя её на женщину. Это означает снять груз этой ноши с реальной женщины, поместить его в соответствующее крепкое сооружение, находящееся внутри и предназначенное для того, чтобы его хранить. […]

Возвращение анимы в базилику — это священнодействие. Каждый мужчина имел не одну возможность прожить свою аниму в отношениях с окружающими. Прекратить такие попытки — значит принести осознанную жертву. Человек должен сознательно пожертвовать одним уровнем своего бытия, чтобы перейти на другой. С точки зрения эго, это напоминает смерть. Устранить в проекции наличие анимы — значит исключить большую часть искусственного накала страсти из отношений. Это означает более спокойное и менее восторженное принятие реальности. Помещение души в храм и прекращение каких бы то ни было попыток прожить её через женщину означает, что мужчина открывает новую размерность в своей жизни, отделяя её от отношений с окружающими, воссоздавая её где-то ещё, на ином уровне бытия. На этом уровне он ориентируется не на деятельность во внешнем мире, а только на самого себя. Эго ощущает этот переход как обеднение человеческих отношений и обкрадывание самого себя. Сначала мужчина чувствует, что половина души, вдохновения, наслаждения и страсти ушли из жизни и отношений с другими людьми. Со временем он начинает понимать, что его душа реально никогда не принадлежала сфере личных отношений, и они гораздо лучше развиваются и расцветают без неё. В это время человек ощущает мрак и пустоту. […]

Вот почему романтическая любовь, странная и весьма притягательная смесь нуминозного и смертного, стала единственной непреодолимой силой, присущей нашей культуре. За отсутствием чего-либо подходящего, она стала тем сосудом, в который мы изо всех сил стремимся собрать всё, находящееся за границами владений эго и имеющее отношение к бессознательному: нуминозное, беспредельное, вызывающее благоговение и трепет; иными словами — всё то, что заставляет нас преклоняться. […]

Но как нам распознать то же самое в практической, реальной жизни? […] Как построить новую обитель для божественной, переполняющей нас эмоциями части, которой мы никогда не интересуемся, но всякий раз обнаруживаем спрятанной за пазухой или навьюченной на спине, подобно колоколу?

Юнг старался как можно быстрее вернуть пациента к религии его предков. […] Если женщине или мужчине открывается этот путь, он получается самым простым и самым близким для возвращения в храм божественного начала. Однако для многих такой путь оказывается непреодолимым. Ритуалы и символы официальной, вросшей в культуру религии не несут в себе жизненной силы.

Этим людям — а их становится всё больше — следует искать другие пути. Один из них состоит в том, чтобы понять, что конечный пункт, будь то базилика, синагога или храм, находится у них внутри. Потребность существует не столько во внешней, общественной, религии, сколько во внутреннем переживании нуминозной, божественной реальности. Такие люди могут обрести религиозную жизнь и базилику в ежедневной уединённой медитации и символическом ритуале, через активное воображение, взаимоотношение с возникающими в фантазии образами, в этическом диалоге с появляющимися в снах «внутренними личностями».

Роберт Джонсон. «Мы: Источник и предназначение романтической любви». М.: «Гиль-Эстель», 1998, стр. 132–133, 140, 142–144.

Часть 1 Часть 2 Часть 3 Часть 4 Часть 5 Часть 6 Часть 7 Часть 9
Tags: безконечный апрель, живопись, мужское и женское, психология, цитаты
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments